Заметки

Полуночничал вчера, смотрел в какой-то раз Blow Up Антониони, фильм, не виданный нами в 1966 году, но исписанный критиками во всех Искусствах кино. И нами, простыми ребятами, исчитанный. Игра без мяча, жизнь без смысла, драма молодого художника-фотографа.

К вопросу о беспилотниках. Налетевших на Москву и Подмосковье. Ездили мы по делам вчера и по навигатору заехали на точку, где условились встретиться. Ну, двор, курилка, машины, люди. Справа цех, слева склад.

В музее Сергея Прокофьева на Камергерском выставлена аппаратура, схожая с той, на которую писали фонограмму к «Александру Невскому». И совмещали потом звук оркестра и изображение. Надо ли говорить, что осмотрел я эти чудовища внимательнейшим образом.

Один добрый друг спросил, а чего это я стал реже писать? Причин много, от возраста до токарного станка в гараже (втулка мне интереснее колонки), но самое важное — у меня нет аппарата исследования темы. Нет под рукой Арчи Гудвина.

Посетил музей Сергея Прокофьева в Камергерском, памятник композитору рядом; кстати, прекрасный, Андрей Ковальчук себя превзошёл. А пришел слушать я струнный квартет «Максима». Не скажу, что всё свободное время провожу по концертам.

Экономия времени — один из самых чудовищных самообманов человечества. Телефонами, интернетами, поездами, автомобилями, самолётами, сокращениями слов, пиктограммами, краткими пересказами, мы выиграли кучу времени. И? Мы открыли больше Америк?

Забавно читать, как суровые хулители нейросетей грозят человечеству катастрофой и спорят с теми, кто весело и неустанно учит искусственный интеллект правильно рисовать неодетых девчат. Как грезить Фаустами о бессмертии, так все.