Заметки

Явка на этих выборах была рекордной. Неужто Мэй и Джонсон помогли? Не без этого. «Страшила» и «Леопардовые башмачки», грубо, примитивно наехав на нашего президента, добавили загустителя в смолу, прочно стягивающую россий­скую нацию перед выборами.Но я бы их значения не преувеличивал. Тектоника тут иная.

Тут стихийный флеш-моб пошел, успей высказаться о выборах до 24-х, а то дальше тишина. Ладно. За кого я послезавтра пойду голосовать? В принципе я мог бы проголосовать за Бабурина. Какой-то он умиротворяющий. Здравый. Не кричит, не истерит, не плачет на дебатах. Кто-то недавно написал: роль благородного отца исполняет убедительно.

Давайте по-честному и по порядку. Первое: просмотрев перед 23 февраля (всех с праздником, кстати) рекламный ролик, где мужик заставляет подругу закапывать подаренные, видимо за несколько лет, носки, а рядом такая же несчастная закапывает пену для бритья, смеялся я до слёз. Убейте меня, пришлите тыщу злобных каментов, обвините в женоненавистничестве — только с примерами, пожалуйста, но это смешно.

Будь я самым большим начальником, то из всей истории с Falcon Heavy Маска выделил ровно бы один вопрос. Я позвал бы к себе нашего главного звездоконструктора и спросил: «А скажи-ка, мил человек, мы могём вот так точнехонько, на заданные точки, на делянки метр на метр посадить две пустые трубы? Под аплодисменты человечества? Нет, я знаю, что мы можем уложить их в «Южный поток».

Дамы интересуются: о чем говорят мужчины? Когда одни? Но этот вопрос, слава Богу, в последние годы стал яснее. Я вообще считаю, что важнее то, о чем они молчат. Если в самом общем смысле — они молчат о том, о чем неотступно думают. Чем молчаливее мужик, тем вероятнее, что он думает. Думает он, возможно, следующее. Вот она вчера сидела боком. Убрала волосы за ушко.

Есть у меня добрый друг, который всегда опережает меня на пути к светлым вершинам прогресса. Он уже стрижет купоны с криптовалюты, а я всё ещё — неровно отрастающие брови. Он похож на молодого Стива Джобса — я на Брежнева. И уже не молодого. У него рывок и разряженная атмосфера за хвостом летящего мотоцикла. У меня давление. Странно, но у него тоже. 

Простите, что вроде проехали, а я опять про это. Про Олимпиаду, на которую мы согласились ехать в нейтральном статусе. Задело! Не особо понимаю, чего это господин Жуков перед МОК извиняется. По поводу допинга. Он не хочет сначала перед нами извиниться, если есть за что? Кто такие мы? Да граждане России, ну, да, какие есть, не образцы морали, не почётные святые. А некоторые — типичные диванные аналитики.

Поскольку у нас, как и в остальном мире, даже в Северной Корее, на дворе постмодернизм, то кругом одни кажимости. Бодрийяровы симулякры. Муляжи. Это когда видишь одно, а станешь руками хватать и на зуб пробовать – пусто. Помните, еще Воланд удивлялся: «Что же это у вас, чего ни хватишься, ничего нет!»