Барахолка

Как нам ответить на лишение журналистов RT аккредитации в Конгрессе США? Я вчера на Месте встречи ознакомился с точкой зрения, что амеровских щелкоперов надо синхронно попереть из предбанников Госдумы и Совфеда. А я думаю не стоит. Тогда получится, что наша Госдума такая же глупая, как и Конгресс. А это не так, она… замнём. Напротив, надо принять громогласное заявление.

Перед вами рождественская история, слегка опередившая своё время. Около месяца назад внуку Тимофею в Суздале купили кроличью шапку. Такую модернизированную ушанку, которая ему понравилась. Она прикольная. Пару дней спустя он её потерял. Где не ясно — вроде в магазине хрустящих круассанов и румяных булочек, но не факт — по крайней мере, когда он за ней, опомнившись, прилетел…

Авиаперелёт — время невольного чтения газет, журналов, рекламных буклетов. Готовимся к взлёту. Открыл толстый цветной том: а не слетать ли в эмират под названием Шарджа? Чем же он завлекает? Чем своеобычен? Н-ну… Во-первых, там сухой закон. Во-вторых, там нельзя целоваться на улицах, даже с женой. Но купить спиртное можно в соседнем эмирате — езды 15 минут, как услужливо сообщает путеводитель.

Тут мне ряд вполне крупномасштабных фейсбучных персонажей стали жаловаться, что у них пачками стали исчезать подписчики. Я, кстати, тоже заметил, что число моих фанатов чуток уменьшилось несколько дней назад, но поскольку все вернулось — да и наросло, не вникал. Но если подписчики исчезают по 200 человек в день, то задумаешься: а что не так?

Вопрос, который во всей своей гигантской значимости вырос сегодня перед каталонцами: а где будет играть Барселона, если отделение произойдёт? То есть они пели, бунтовали, бросались помидорами — и вдруг. Оба-на. Над столь судьбоносным вопросом не задумывались. А это меняет дело. Бодрые присказки, мол, в чемпионате Англии — мило.

Теперь там ещё и ураганы невиданной силы. А не только плановый снос памятников конфедератам. Доводилось уже говорить на Месте встречи и Праве голоса, что Америка сегодня — это вам не Америка вчера. Теперь она броуновская какая-то. Противоречивая вся. Как выяснилось, глубинно расколотая. Исторгающая застарелые непереваренные ветры расовой ненависти — «Ирма» и «Катя» отдыхают. Скрывающая недолеченную нехорошую болезнь рабства.

Сначала оппозиция приставала к пенсионерам, к учителям, и прочим солидным обывателям, которые слушают «Эхо», настаивают на своём — чаще на черноплодке: чтоб поддержали, чтоб проголосовали. Те вникли, поняли, что их дурят, и теперь сидят дома.