Заметки

В Юрьеве-Польском есть Георгиевский собор тринадцатого века. Мастер-камнерез вырезал на его стенах немало диковин. Слоника, к примеру, его все туристы ищут. Кто сам найдет – тому счастье. Слоник прячется. Найти нелегко. Видишь, Маша, слоника? Очки забыла? Тут он, не боись. Пойдем, Маша.

Перестала у меня дома закрываться дверь. То ли пол вспух, то ли косяк просел. Ползаю у порога, мыслю: дверь ли подстрогать? Пол ли заменить? И обнаруживаю, что чем-то пахнет. Плесенью какой-то. И вскоре обнаруживаю именно что плесень. И влагу в канале, через который идут электрические провода. Это еще откуда? Грунтовые воды? Чего вдруг?

Если помните, то у Делакруа на баррикаде в самом центре – женщина. Там есть и мужчины, и даже вполне решительного, а также и мертвого вида. Но чтобы так, с голой грудью, знаменем и под огонь… Это лучше получается у женщин. В революционную пору  случалось женщинам в целях ускорения победы обнажать и иные части тела.

Кто о чем, а вшивый о бане. Став лауреатом «Серебряной калоши» за проект «Не дай Бог!», я ещё раз убедился, что нашей креативной общественности не то что Кремль – самого маломальского дела доверить нельзя.
Начать с того, что «Калошу» я так и не получил. «Так сам виноват», – скажут мне. Звали, поди, сообщали, мол, номинирован, а ты забился в щель, дрожал.

«Нехорошо, – говорю я внуку, – пальцем в носу ковырять». Он насупливает брови и отвечает: «А водку пить тоже нехорошо. Ты пьешь водку и пьянишься». Можно, конечно, начать дискуссию, мол, поживи с мое. Но я повинуюсь внезапному порыву.

Иногда упрощению удается вместить всю полноту и многозвучие проблемы. Тогда это афоризм, крылатое выражение. «Хотели как лучше, а получилось как всегда» – шедевр Черномырдина тому лучший пример.

Попросил меня один дружественный, как принято теперь говорить, ресурс записать комментарий о гомосексуализме. Вернее, о его агрессивной пропаганде. Это я завсегда. И в ходе записи лезли мне в голову разные художественные фильмы и литературные произведения, которые обрисовывали проблему в доступной моему пониманию полноте.

Устройство людей не перестает меня  удивлять. Причем, включая меня самого. Вообще-то я тихий. Но иногда как заведет чего-то, как подымится из глубины, где ржавые якоря и шестеренки забытой любви, как заорешь, и даже голос какой-то не твой. Или это и есть твой?